Наблюдатели истории или покорители будущего

Многие люди не испытывают потребности быть информированными. Множество тем в каждом обществе, как микрокосмосе индивида, являются табу. Сегодня у человека есть большие возможности быть информированным и критически мыслить. Анализы, мысли и накопление информации не сопровождаются их правильной интерпретацией. Творческие идеи и размышления о смысле жизни должны найти свое место и воплощение в социальных сферах и политических аспектах. Мультипликация реальности, в которой мы живем, вызывает чувство бесполезности даже у самых совершенных. Сверхдержавы давно диктуют ритм, который остальной мир только наблюдает. XVIII век был периодом от частного к общему, когда великие державы следили за событиями и участвовали в социальных изменениях. Сегодня глобальная ситуация такова, что формируются разрозненные идеи и создается система от общего к менее общему. Это приводит к образованию пустого пространства, лишающего любое возможное движение силы, то есть интернационализации идей и прогресса, которые существовали или могли бы существовать. Приближение к свободе и к элементарному нахождению своего места в обществе и смысла жизни зависело даже в самых тоталитарных обществах от индивида. Всегда вопрос "кто я" предшествует вопросу о коллективном "мы". Восприятие реальности и желания относительно реального контекста, а также нечто большее, является основой. Анатолий Васильевич Луначарский разошелся с Лениным во взглядах и идеях о роли веры в новом порядке. Необходимо было читать Юлия Мартова, чтобы понять социал-демократические идеи того времени. Многие некомпетентно говорят о комплексе прерывистости. Все имеет свою непрерывность, потому что история имеет скрытый и видимый порядок реальности, которые переплетаются и не имеют одинакового ценностного и временного сочетания. Период после революции во Франции и период после Октябрьской революции — это процессы, которые имеют непрерывность благодаря не только политическому устройству, но и силе и грамотности. Сила проявляется в свободе и смелости для создания возможностей распространения идей в мире. Затем, чтобы во все времена мыслить глобально и всегда требовать и достигать большего. Это было особенно успешно в начале упомянутых процессов. Реализация и создание нового класса были отвергнуты массами, но вначале ими восхищались и Эйнштейн, и Тесла. Сегодня движение отсутствует, потому что будущий мир погружен в цифровую среду, физически нем и замкнут, в области свободы он добровольно предал себя ради "информированности". По сути, громко умалчивая о важнейших проблемах, идеях и вопросах человечества, он неизбежно взорвался. Остались достижения, которые своим примером составляют не проваленную историческую инструктивность и негативную педагогику, а прометеевски живое, историческое отношение. К сожалению, даже пиндаровское понимание и наблюдение за всеми процессами не свойственно нашему поколению людей. Грамотность — это росток, который должен был, но на самом деле с трудом приживался на той земле, по которой мы ходим. Ментально, по отношению к такой идее мира, мы глубоко ведомы философией околицы. Почти во все периоды мысль и идеология альтернативы или инаковости, которые охватывали бы наше жизненное пространство, как правило, лишались инклюзии. Быть частью глобальных процессов, хотя бы в качестве какого-никакого наблюдателя, имеет ключевое значение для народа, который не основывает свою силу на угрозах, власти или военных возможностях. Футуристические обещания и грандиозность сладкоречивых пустословий о неизбежности одного народа, без прямо пропорциональной и видимой инклюзии в важные процессы, бессмысленны. Хотя все эти три исторических периода сегодня в значительной степени фальсифицируются, существуют моменты в истории цивилизации и гуманизма, которые тем временем также меняли себя и общество. Ницше говорит, что перемены приходят на голубиных ногах. Университетские советы, например, которые имели место в факультетских советах, избирались в 1963 году в Белграде. Первую группу людей, выступивших самостоятельно, составляли: Слободан Машич, Михайло Михайлов, Леонид Шейка, Предраг Ристич, Даниэль Ивин, Мария Чудина. Люди и работники, которые хотели участвовать в политической и социальной ответственности своего поколения, а также создавать адекватно более благоприятную среду для поколений бумеров и других, которые приходили. Институциональное представительство и борьба внутри социалистической системы были почти невероятными. От лучших условий для пенсий новорожденных до прав студентов и рабочих. Это было время настоящего социализма, по крайней мере, в некоторые периоды. Поляки, чехи и русские свидетельствовали о заключении и каторге за владение книгами югославских авторов и теоретиков. В то же время упомянутые имена печатали и графически оформляли первое издание Солженицына, чудесным образом доставленное в Белград. Эстетичность и этичность четко и недвусмысленно дифференцировались. Нам не хватает мгновенности идей и, тем более, хартмановской приверженности более глубокому полю зрения изменений. Социальная, научная и политическая среда не изобретается и не наследуется, а создается таким образом, чтобы не отклоняться от экзистенциальных требований общества. Государственный тоталитаризм не был полностью наказан после Второй мировой войны и не был полностью искоренен. Преемственность фашизма и нацизма осталась и передалась младшим поколениям в другой форме и масштабе. Поколения через интернет строят свое представление о превосходстве даже без нации. События, которые потрясли мир и заткнули рот писцам каждого явления в мире, произошли в Непале, а также по всему миру. Поколение Z в Непале сожгло правящую касту после отключения интернета. Этот переход с экрана в реальность радикально изменил сознание о преодолении обладания возможностями. Однако произошло то, что должно было произойти. Никто не заметил непальского мальчика, который стал "вирусным" из-за своей речи в стиле Адольфа Гитлера в марте на школьном мероприятии. И теперь, когда тот же мальчик возглавляет протест поколения Z в Катманду, который потряс политическую структуру страны и мира, это внезапно стало странным. Но ненадолго, потому что внимание сосредоточилось на 1,3 секунды. Мальчик по имени Авишкар Раут стал "вирусным" из-за своей гораздо более длинной речи о коррупции в Непале во время школьного празднования. Его речь "Джай Непал" (Да здравствует Непал) через шесть месяцев запустит его в центр массовых протестов, которые не только убили больше людей, но и вынудили премьер-министра и чиновников (тех, кто выжил) подать в отставку со своих постов. Появилась запись протеста, на которой ясно видно, как Раут возглавляет протест, держа микрофон и скандируя лозунги. Задолго до этих событий, с заголовком речи, который своим "сиянием" напоминает нацистские символы, не один мальчик, а массы молодых людей по всему миру приняли такой образец изменений. У них никто не отменил гимназии, но отменил интернет. Это многих предупредило и перенаправило поведение гибридных тоталитаризмов. Государства с побежденной нацистско-фашистской идеологией в прошлом не отличились до такой степени глобально, но это сделала страна между Индией и Китаем. Реинкарнаций таких зловещих форм прошлого много, и им будет трудно противостоять редукционизму. Основное понятие — свобода. Везде оспариваемая и угрожаемая. Брехт считал, что сначала нужно позволить людям куда-то идти, а затем прокладывать путь, по которому они идут. Сложность явлений, которые являются европейской и мировой проблемой, огромна, и без четкой артикуляции завоевания будущего мы не сможем продвинуться ни на шаг. Неразрешенность с нацизмом — не единственный уровень негативных явлений. Сговор власти, распределение деспотизма, утверждение общего нигилизма, террор, злоупотребление демохристианскими идеями и ложная, новая левая, в сговоре с капитализмом создают выживание. Капитализм существовал и в XIV веке, и уже тогда мы видим его первые формы. Это не означает, что многослойность, которой он достиг сегодня и которую трудно идентифицировать, может быть легко побеждена. Многие с помощью методов и практики капитализма пытались найти себя в отношении создания нового порядка. Однако эта практика оказалась кратковременной, в то время как глубоко осознанные и грубо внедренные виртуальные привычки пережили и возобладали, а жадные хамелеоноподобные политики выжили и остались. Божидар Васильевич